От издателя
Эта книга когда-то задумывалась как учебник — именно так.
К концу девяностых годов в России колеи рэкетира и проститутки были протоптаны множеством молодых людей — протоптаны по обломкам СССР. А для их сверстников, кто всё ещё медлил с этим жизненным выбором, других вариантов виделось мало.
Оба выбора реализовывались в то время буквально на глазах у всех. И на улицах, и на экранах ТВ. И даже газеты бесплатных объявлений обязательно содержали обширную рубрику объявлений типа «Досуг» — часто с дополнением «приглашаем девушек».
Для молодых людей, внезапно переставших быть «советскими», вопрос «кем быть?» сжался до «как быть?», в смысле «а на что вообще прожить день?». Все известные дотоле пути к достатку и хоть какому-то влиянию на своё положение в обществе исчезли, а на их месте остались лишь грубая сила и деньги — любого происхождения.
Сжалось и само понятие «жизни» — внезапно все многообразие мира перестало иметь значение, вообще исчезло из человеческого горизонта. Его заменил кругозор «нового русского» - невесть откуда взявшегося типажа, вылупившегося, как из яйца, целиком — сразу взрослым, самостоятельным, с готовым описанием мира, включая манеры и стиль. И с женской ипостасью — проститутки, содержанки или жены, с весьма специфическим «семейным кодексом».
В поставленном, как видак, на эту мутную паузу бывшем СССР «жили по-настоящему» только эти «новые русские», а остальные «русские» («старые» или «подержаные»?) мучительно раздумывали, как в эту жизнь попасть. Некоторые, правда, думали ещё и «а стоит ли?».
Знакомые, друзья детства, одноклассники и однокурсники, спустя буквально месяцы после последней встречи, бывало, представлялись на встрече следующей уже в новом статусе — подтверждая предположение о доступности каждому этой «новорусской мечты». Вход в эту жизнь постоянно был где-то рядом. А другой не было.
В ту пору новой жизни для одних и «сомнений и тягостных раздумий» для других я работал главой одной из редакций большого коммерческого издательства. И решил ответить на «общественную дискуссию» — таки да, в головах многих, далеко не худших, девушек и юношей карьера бандита и проститутки всё ещё была вопросом, а не мечтой. Я решил выпустить два «учебника». Точнее, самоучителя. Тогда это быстро входило в моду — по книжкам надеялись выучиться и на воротил с Уолл-стрит, и на эксперта в высокой моде, и на духовного гуру. Я понимал, как гротескно все это выглядит. Но нормальный человек во мне не смог удержаться, чтобы хоть как-то не высказаться про весь этот блядский цирк на улицах и телеэкранах. А заодно выполнить рабочие обязанности, обеспечить издательству ассортимент и продажи.
Для «Как стать бандитом» я автора не нашел (хотя встречи в процессе поиска заслуживают мемуара). А вот автор «Как стать проституткой» нашёлся сам — просто пришёл в редакцию, благо издательство было известно в городе.
Молодой и почти трезвый парень с порога предложил написать книгу про проституток: самых настоящих, местных, сегодняшних. Риска для нас не было никакого: напишет хорошо — издадим, не напишет или напишет плохо — забудем.
Он написал, и написал хорошо. Во-первых, потому что писатель. Родился таким, таким вырос, таким и живет — даже если не кладет на бумагу ни строчки. Его природа — рассказывать. Жить со страстью и со страстью делиться прожитым. Во-вторых, потому, что на этот раз книга была строго документальной. И материала автору было не занимать.
Он, возможно, и не зная тогда об этом, использовал в одной книге все известные пути мэтров документальной, свидетельской журналистики и литературы. Американец Артур Хейли, автор бестселлеров «Аэропорт», «Отель», «Менялы», брал сотни интервью, месяцами пропадал в аэропортах, отелях и банках, изучал горы литературы. Советский уникум Илья Штемлер работал в таксопарке, чтобы написать «Плату за проезд», в универсаме, чтобы написать «Универсам». А звезда немецкой журналистики Гюнтер Вальраф значительно изменил германское трудовое законодательство для иммигрантов, отработав два года в гриме рабочего-турка.
Гардин одним махом сделал все перечисленное. Работал два года на «блядовозке», пережил всё, что может случиться (но не все могут пережить), выслушал сотни историй от проституток, водителей, других «сутенёров», бандитов, клиентов, «диспетчеров» и «мамочек». С тем единственным отличием от мировых звёзд, что шёл в это дело, чтобы просто выжить, шёл, чтобы стать «сутенёром» — а стал писателем.
Книга в итоге не стала «самоучителем» — но мой искренний издательский замысел и тогда, и сейчас выполняет чётко: работает лучшим аргументом против участия в подобных делах.
Текст книги представляет собой три рассказа от первого лица.
Рассказ «сутенёра» — того человека, что сопровождает «девочек» на заказ и следит, чтобы все ушли оттуда с деньгами, а не с побоями. Я сознательно беру слово «сутенёр» в кавычки, потому что исторически, да и по сей день в тех странах, где проституция имеет вековой, а то и тысячелетний канон, сутенёр — это человек в другой роли. В России девяностых сложилось своё понимание, исчерпывающе представленное в рассказе.
Рассказ проститутки — девушки, получающей деньги за услуги сексуального характера. Да и за многое, что сексом назвать и не повернется язык. От «психологической разгрузки», осуществляемой относительно добровольно, до исполнения роли объекта для реализации жестоких и иррациональных «загонов» самой разнообразной природы — добровольностью тут и не пахнет, но частью этого дела такое непременно является.
Никто, включая самих проституток, не скажет, насколько правдивы и искренни их рассказы. Что искренни, мы допустим, а вот «правдивы» — в этом мире как мало где физические, календарные факты сливаются с художественным вымыслом до фундаментальной неразличимости. Гардин дал проституткам высказаться, не прибавил от себя ничего, кроме клятвы: для них всё сказанное — правда.
Рассказ проститутки — самый тяжёлый для восприятия. Потому что сам Гардин, хоть и был погружён в этот «бизнес», имел возможность уйти, ему было куда. А главное, его существо, его позиция наблюдателя и рассказчика, возможно, сохраняли его от совсем разрушительных последствий — в отличие от женщин, которым часто остаётся только воображать, чтобы хоть как-то прикрыть весь примитивный мрак своего положения.
Рассказ клиента — того самого «нового русского», которого можно назвать неотъемлемой частью российской проституции девяностых, её столпом.
«Новым русским» до странного мало уделено внимания в русскоязычной культуре — кроме книги Гардина, я и не назову другого внятного воплощения этого образа. Кроме, конечно, исключительных по своим достоинствам анекдотов — наверное, последних в великой традиции анекдота советского. «Русскоязычная культура» после СССР, конечно, и сама существует пунктирно, но было естественно ожидать, что уж актуальный-то материал она и возьмет в работу — но нет. Поэтому Гардин тут отдувается, «тянет» за всех. И, надо сказать, с достоинством.
«Новый русский» от Гардина выписан самым лучшим и самым трудным для писателя образом — через язык. В языке «нового русского» видно всё. Вся эта странная, неустойчивая смесь энергии, авантюризма, отталкивающего идиотизма, быстрого и хваткого ума, наивности, амбиций, подлости, звериной бесчувственности и жестокости, искренней тяги к вере и философии. И много чего ещё.
Всё изложенное — лабораторно точное описание ситуации такой, какой она сложилась на конец девяностых в крупном российском городе. Не думаю, чтобы она существенно отличалась от ситуаций в Москве и других местах.
И издатель, и автор честно признаются, что в некоторых случаях рассказы нескольких людей соединены в один, но все источники - стопроцентно подлинные. Сохранено всё - от самых жестоких и абсурдных деталей до реального языка диалогов.
Все три рассказа построены самым естественным путем, которому нет нужды обучаться в литературных институтах. Рассказывать друг другу истории свойственно человеку как виду. Дмитрий Гардин использовал эту человеческую способность для того, для чего она и была заложена в нас Создателем — для понимания как и зачем нам жить на земле. И как лучше не жить, наверное, тоже. Эта естественность вела автора от верного начала к логическому концу, вовремя освещая все существенные детали. Поэтому книга читается не отрываясь.
Last but not least
Сегодня в некоторых странах, обществах и ситуациях литература вдруг оказалась вынуждена оправдываться — оправдываться за то, для чего она вообще существует — за обеспечение доступа к правде. Общества «прогрессивные» и «отсталые», «свободные» и «тиранические» — все норовят уложить рассказ в «нарратив». Уверен, человечество и литература переживут и это. Это далеко не первое наше с литературой такое родео. Но чтобы сразу, так сказать, на подлёте отсечь от книги сторонников таких «оправданий», мы с автором скажем открыто и прямо:
- в книге присутствуют сцены употребления людьми алкоголя, сигарет и, возможно, даже наркотиков — без одобрения и инструкций, но в том изобилии, в котором это практиковалось такими людьми в те годы, безудержно,
- в книге присутствуют практически все известные на тот момент оскорбления людей на всех возможных почвах и по всем известным признакам, включая половой, расовый и национальный — опять же, в строгом соответствии с реальными событиями,
- в книге присутствует как известная нецензурная лексика, так и ее вариации, а также жаргон — криминальный, новорусский, да и вообще любой,
- в книге присутствуют сцены грубого физического, психического, морального и вербального насилия и самого разнообразного сексуального взаимодействия. Последние часто переходят в пытки и издевательства, включая таковые и над женщинами, и над мужчинами. Однако, прямых, не связанных с насилием и издевательствами, гомосексуальных контактов там не описано. Как-то так получилось, что никто из действующих лиц не проявил своей принадлежности к лицам какой-то иной сексуальной ориентации, кроме традиционной. И это всё тоже — не более, чем часть событий, реальных и показательных для описываемого времени и контекста,
Наконец, как того требуют законы некоторых территорий, мы обязаны сказать прямо и явно, что все вышеописанные сцены и прочие упоминания алкоголя, курения, насилия и издевательств, оскорблений и преступлений описаны и оцениваются автором и издателем так, как их оценивает любой нормальный человек — резко негативно.
Из этих рассказов невозможно не вынести абсолютно ясное и оглушающее впечатление полной неестественности этого занятия. Во всяком случае, в том виде, в котором оно возникло и существовало в те годы. В авторском и издательском замысле напрочь отсутствует любая романтизация любой роли из числа описанных в этих рассказах.
В художественной литературе и кинофильмах можно увидеть проституцию и проституток в разном свете, но, как правило, над такими рассказами явно работали профессионалы — как профессионалы такого дела как книги и сценарии, так и профессионалы такого дела как проституция. И всё это профессионалы из стран, где проституция так или иначе является вековым институтом, достаточно понятным образом отделённым от прочей жизни. А в России девяностых всё это внезапно стало соблазном и магнитом для людей, чаще всего понимавших, что это никак не про них, но вынужденных спрашивать себя снова и снова или даже попробовать себя на этом поприще - просто потому, что другие поприща просматривались плохо или не просматривались вообще.
Из этих рассказов сложно извлечь “мораль” - как и из жизни, какова она есть. Книга эта вызывает переживания - и эти переживания, несомненно, на пользу.
Хочется надеяться, что с того времени в это занятие приходит меньше людей, не представляющих, что их ждёт, меньше тех, кто приходит от отчаяния или в результате обмана. Мы с автором искренне желаем, чтобы и эта книга помогала людям сделать правильный выбор.
Вы можете бесплатно ознакомиться с двумя главами из этой книги в разделе “Читать” нашего сайта, см. ссылку ниже.
Книга планируется к выходу только за пределами РФ - по цензурным соображениям. Мы планируем выпустить первое издание книги в бумаге до конца 2026 года. Электронного издания книги не планируется.
Когда будет известно о точной дате выхода книги, ссылка для ее приобретения появится здесь и в новостях сайта.